Душа Моя скорбит смертельно…

Страдания Христа начались не на Голгофе, а задолго до этого. Более того — они были предопределены для спасения нас, человеков. И Он, наш Спаситель, умирает на Кресте вновь и вновь — каждый раз, когда мы грешим…

 

Сейчас, Великим постом, в храмах совершается такая служба, как Пассия, самая поздняя по времени своего возникновения. Она была составлена в середине XVII века митрополитом Киевским Петром (Могилой), создателем многих литургических форм. Пассия в переводе с латинского — Страдания. И рассказывает нам это последование через евангельские повествования о Страстях Христовых, Его пути на Крест, Его смерти за всё человечество.

Вход Господень в Иерусалим, Михаил Васильевич Нестеров, 1900 год

 

Вчитываясь каждый раз в эти слова о жертве Бога ради нас, недостойных, мы переживаем ее вновь и вновь. Но способны ли мы ее по настоящему почувствовать? Вот совсем недавно Иисус въезжал в Иерусалим, с таким торжеством:

 

Когда на последней неделе
Входил Он в Иерусалим,
Осанны навстречу гремели,
Бежали с ветвями за Ним.

(отрывок из стихотворения Бориса Пастернака «Дурные дни»)

 

Леонардо да Винчи. Тайная вечеря. 1495-1498 гг

 

И так скоро — Тайная вечеря с учениками, среди которых предатель Иуда…

 

Час задумчивый строгого ужина,

Предсказанья измен и разлуки.

Озаряет ночная жемчужина

Олеандровые лепестки.

 

Наклонился апостол к апостолу.

У Христа — серебристые руки.

Ясно молятся свечи, и по столу

Ночные ползут мотыльки.

 

(Владимир Набоков, «Тайная вечеря»)

 

 

Что чувствовал Христос позже, в Гефсиманском саду, когда молился до кровавого пота прося Отца: «Отче! о, если бы Ты благоволил пронести чашу сию мимо Меня! впрочем не Моя воля, но Твоя да будет»? (см. Лк. 22:41-44). Из слов, обращенных к ученикам, мы видим, как Ему тяжело, как Он нуждается в поддержке: «душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте со Мною» (Мф.26:38).

 

Христос в Гефсиманском саду, В. Г. Перов, 1878

 

В конце был чей-то сад, надел земельный.
Учеников оставив за стеной,
Он им сказал: «Душа скорбит смертельно,
Побудьте здесь и бодрствуйте со Мной».

Он отказался без противоборства,
Как от вещей, полученных взаймы,
От всемогущества и чудотворства,
И был теперь, как смертные, как мы.

Ночная даль теперь казалась краем
Уничтоженья и небытия.
Простор вселенной был необитаем,
И только сад был местом для житья.

И, глядя в эти черные провалы,
Пустые, без начала и конца,
Чтоб эта чаша смерти миновала,
В поту кровавом Он молил Отца.

(отрывок стихотворения Бориса Пастернака, «Гефсиманский сад»)

 

Мы до конца не сможем понять все, что тогда происходило. В своей суете, в этот век, тот век, самый первый, кажется таким далеким. Но если остановиться, прислушаться, то вот — звон оружия. И слышим слова Христа: «приблизился час, и Сын Человеческий предается в руки грешников; встаньте, пойдем: вот, приблизился предающий Меня» (Мф. 26:45-46). К кому Он их обращает — только ли к ученикам Своим? Наверное, и к нам с вами, читающим эти строки.

 

Поцелуй Иуды. Караваджо. 1602 г.

 

Лукаво выданный Своим учеником,
Он был жестокому подвергнут поруганью:
Увенчан тернием и предан бичеванью,
И осуждён на смерть неправедным судом.

(из стихотворения А.В.Круглова)

 

 

И разбежались апостолы, только самый младший из них и жены мироносицы сопровождают Христа до самого конца — до Голгофы и Крестной смерти. И, конечно же, рядом с Иоанном у Креста, с невидимо прошедшим через Ее душу оружием, стояла Она — Его Матерь. Дева Мария знала, что ждет Ее Божественного Сына с того самого часа, как услышала Благую весть, но вверила Себя промыслу Божьему.

 

Распятие, Михаил Васильевич Нестеров, 1908 год

 

Не сводит глаз с орудий пыток —

Судьбы своей Младенец Твой.

И, словно требуя защиты,

За Мать хватается рукой.

 

Но Ты, смиряясь благодатно,

И веря в Божью правоту,

Несешь Младенца невозвратно

Навстречу пыткам и Кресту.

 

(Александр Солодовников, «Образ Страстной Богоматери»)

 

Распятие Иисуса Христа. Голынский Василий Андреевич.(1854—1904)

Ужасный, долгий день мученья
Склонялся к вечеру; Сион,
Еще исполненный волненья,
Был в полусумрак погружен.
А на Голгофе, где стояли
Кресты с распятыми на них,
Страдальцы в муках умирали,
Один Христос был смертно тих.
Он умер, тайна совершилась –
В венце из терния глава
Бессильно книзу наклонилась,
Как подкошенная трава;
Потухли благостные очи,
И смерти тягостная мгла,
Как будто тень ненастной ночи
На лик божественный легла.
Враги глумиться перестали,
Толпы глядельщиков ушли,
Одни лишь воины стояли
На копья опершись, вдали,
Да у креста, не осушая
Своих заплаканных очей,
Рыдала Матерь Пресвятая
С толпой испытанных друзей…

 

(Протоиерей  Александр  Державин, «У Креста»)

 

 

Всё просто и ясно открыто нам в Евангелии, так трогает этот рассказ о Страданиях Христа, о Его смерти на Кресте, погребении и — вот оно! — Его Воскресении, что вновь и вновь берут поэты и художники свои орудия — перо и кисти — и пишут, пишут, пишут…

 

Положение во гроб (Плащаница). В.М. Васнецов (1896 г.)

 

Выносится в толпу святая Плащаница.

Все расступаются, склоняясь перед ней.

Я слышу тихий плач. Заплаканные лица

Мне видны сквозь огонь бесчисленных свечей.

Свершилось! Кончены предсмертные страданья.

Умерший на Кресте положен в гроб Христос.

И в пенье клироса мне слышится рыданье,

И я роняю сам скупые капли слез…

 

(А.Жемчужников, «Вынос Плащаницы»)

 

Явление Христа Марии Магдалине, А.А.Иванов, 1833 год

 

Брошусь на землю у ног распятья,
Обомру и закушу уста.
Слишком многим руки для объятья
Ты раскинешь по концам креста.

Для кого на свете столько шири,
Столько муки и такая мощь?
Есть ли столько душ и жизней в мире?
Столько поселений, рек и рощ?

Но пройдут такие трое суток
И столкнут в такую пустоту,
Что за этот страшный промежуток
Я до Воскресенья дорасту.

(отрывок из стихотворения Бориса Пастернака «Магдалина»)

 

Подготовила Наталья Морозова

 

Просмотров: (42)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *